Новосибирск: кризис аполитичности

В группе в социальной сети «Вконтакте» шло активное обсуждение резолюции, собирались люди для создания, печати и раздачи листовок, набирали дружину.

На инструктаже дружин выяснилось, что организацию безопасности на пикете взял на себя лидер националистов и организатор «русских маршей» Ростислав Антонов. Он догнал организаторов в здании мэрии и там предложил свою помощь.

Инструкции для дружинников оказались закрытыми, никто не разглашал их рядовым участникам. Сводились они, в принципе, к охране организаторов, вылавливанию провокаторов и нарушителей, а также контролированию периметра площади.

Большинство составляли профессиональные дружинники-националисты, «сибирские волки», было некоторое количество левых и аполитичных граждан. В связи с активным участием националистов, на мероприятии тайно действовала дружина антифашистов.

На пикет, для координации действий дружины в случае разгона, было решено взять мегафон, с помощью которого, легким движением руки, Антонов превратил пикет в митинг, впрочем, тут же отдав его на растерзание представителям разных партий, в основном, — КПРФ. Предложения рядовых участников о пунктах резолюции оргкомитетом были, в целом, проигнорированы. Несмотря на мороз, за два часа на митинге побывало около 5 тысяч человек.

Боязнь революций

На следующий день орги раскаялись, попросили прощения и сказали, что больше не будут. В том числе и контактировать с Антоновым. Путем голосования в группе было решено, что 24-го декабря следует провести шествие и митинг. И уже вскоре, организаторы дали свое первое интервью. Разберем некоторые из его пунктов:

«Нет, сама идея объединения — это полная беспартийность. Партия — это бизнес. Мы не бизнесмены». Безусловно, все мы уже переели риторики российского политического цирка, и даже пикет, на который многие пришли протестовать именно против него, захватила все та же труппа. За последние годы люди так привыкли к тому, что партия это нечто совершенно чуждое их интересам, что неспособны даже представить ее иной. Однако, это не повод отказываться от объединения, от партийности, ведь это отказ от конкретики и четкости в идеологии и целях, это ни что иное, как неспособность влиять на события, прямой залог поражения.

В интервью организаторы даже отказывались от, собственно, перевыборов в целом (только на участках с аномальным процентом ЕР), что ставило под сомнение вообще какую-либо целесообразность акции. Но к итоговой версии резолюции пункт о перевыборах все же гордо занял первую строчку. Нашло свое место и восстановление смешанной системы формирования Государственной Думы.

«— Вы не боитесь спровоцировать революцию?

— Мы хотим её предотвратить — в том-то и дело. Потому что на волне недовольства может такое выплыть… Если они с нами играют нечестно, то мы с ними бороться всё равно будем честными способами»

Этот пункт, конечно, в большинстве своем, от общей панической боязни революций. Однако, предел нынешней системы уже давно достигнут, и те права, которые люди хотели бы иметь не только на бумаге, уже выходят за рамки этой системы, а значит, не могут с ней сосуществовать. Коренное изменение ситуации может принести только революция, а сделать ее социалистической способен только организованный рабочий класс.

«— Вы добиваетесь смены власти?

— Смена власти не решит ничего.

Мы хотим изменить структуру выборов. Нужно понимать разницу между сменой власти с помощью революции и сменой власти с помощью закона.»

Но какой тогда смысл в действиях вообще? Ведь без смены власти мы не добьемся справедливых выборов. Попытка играть честно в карты с шулером еще никого к выигрышу не приводила. Игра уже нечестна по своей сути. Безусловно, не надо начинать с неорганизованного и случайного насилия против системы, которое, как правило, бьет не по ней, а по таким же порабощенным гражданам. Нужно начать организовываться на местах, производить массовые забастовки, вовлекать в движение рабочих на заводах, работников транспортного сектора и других. Сплоченными действиями можно добиться многого, в том числе, и полной смены властных структур и установления контроля рабочих и близких к ним слоев над государственной властью и экономикой.

Шествие и митинг: раскол среди протестующих

Тем временем, ужесточалась модерация в группе, а оргкомитет все больше и больше дистанцировался от рядовых участников митинга. Несмотря на все увещевания, в преддверии 24-го декабря было острое чувство, что в этот раз его сольют подчистую.

Шествие и митинг, на который пришли около полутора тысяч человек, проходили достаточно спокойно, но в воздухе чувствовалась повисшая между правыми и левыми напряженность. Националистов было не так уж и много, как могло показаться на первый взгляд, т. к. вели они себя громко, вызывающе, и, почти у каждого из них, имелся имперский флаг. Сложилось даже впечатление, что флаги принесли не сами националисты, а их лидеры, и, уже на месте, раздали своим.

Начало шествия было омрачено потасовкой. ЛГБТ-активист развернул радужный флаг и, некоторое время, нес его. Он пошел неподалеку от националистов и, через некоторое время, на него налетел с кулаками лидер партии «Правое дело» в Новосибирске Сергей Дьячков, а также несколько наци. Побитого активиста из толпы вывела полиция. В процессе шествия кричали ставшие привычными лозунги «Путин, лыжи, Вашингтон», «ЦИК, учись считать», «ЕдРо в ведро», «Россия без Путина», «власть миллионам, а не миллионерам» и другие. Были слышны и нацистские вроде «слава России» и «русские вперед», и прямо противоположные вроде «фашизм не пройдет». Левые пытались перекричать правых, правые — левых. Слышался также «наш выбор — социализм» и некоторые другие лозунги.

На самом мероприятии раскол на националистов и их противников раскол оформился окончательно. Попадая под имперки, многие плевались и пытались отойти в сторону. В конце концов, правые сгруппировались преимущественно слева, а левые и остальные, наоборот, — справа. Пока митингующие еще подходили, звучала «перемен» Цоя, но сам митинг не превратился в театр с чередованием песен с плясками.

Микрофон брали по очереди заранее подавшие заявки граждане, а идея с блуждающим по площади свободным микрофоном провалилась ввиду его выяснившейся неисправности. Слово брали то левые, то правые, то не принадлежащие ни к каким течениям, граждане.

Выступления и обстановка: вперед в будущее или назад в прошлое?

Левые пытались обрисовать картину, нарисовать перспективы и выдвинуть какой-то план. Активист КРИ Владислав Ваховский успел кратко обрисовать текущее положение и ожидающие нас после президентских выборов перспективы: нищенские зарплаты, из-за которых люди не идут работать по специальности, отсутствие социальных гарантий, падение квалификации и старение коллективов, коммерциализация образования и медицины. На том, что мы должны с этим бороться, что именно для того нам и нужна демократия, его прервал ведущий. Олег Мецлер, представитель РКРП-РПК, говорил о проблеме недопущения до выборов реально оппозиционных партий, о том, что все представленные на выборах партии представляют интересы капиталистов и ни одна — рабочего класса, о том, что нам необходимо объединяться, организовываться, строить трудовую партию, о том, что необходимо сменить диктатуру олигархов на диктатуру рабочих, капитализм на социализм.

Таким образом, если левые еще пытались обрисовать картину, нарисовать перспективы и выдвинуть какой-то план, а не принадлежащие к течениям выступающие -предлагали то же самое, но только с честными выборами и «Россию без Путина», то правые вообще ничего не предлагали, а лишь задвигали короткую речь о бесправных русских и кричали националистические лозунги. Первым, обнаружившегося регламента в 3 минуты, явно не хватало, последним — хватало с лихвой. И если у левых микрофон отбирали, то лозунги правых практически не пресекались.

Возмущение нацистской риторикой потихоньку нарастало и, в конце концов, во время выступления переодетого в Деда Мороза, одного из лидеров националистов, Евгения Логинова, достиг точки накала, когда правая сторона площади вместо разрозненных возгласов, уже дружно начала скандировать «фашизм не пройдет». Наци и Логинов (в микрофон) кричали «русские вперед», а с ними, и курировавший выступления организатор, Василий Бубнов. В толпе доходило до оскорблений. Цитата из СМИ-2: «Кто-то задал женщине вопрос: „Где вы тут видите фашистов?“ Она отвечала: „Ну, как где? — Когда я сказала (кому и где не понятно, — ред.), что у меня муж еврей, мне посоветовали отойти подальше, так как от меня дурно пахнет“». Приблизительно в этом духе и проходил весь митинг.

Плакаты были уже привычными, из них СМИ выделили и осветили «я не контрацептив» и всевозможные «креативы». Принесенные же поддерживающими КРИ товарищами «деньги на социалку, а не на оружие и мвд», «стипендию не ниже прожиточного минимума» и «режим Назарбаева расстреливает рабочих Жанаозена! Нам не нужна диктатура!» просто проигнорировали. Повезло «власть миллионам, а не миллионерам», но он, просто, больше попадал в общее течение. На плакаты одобрительно кивали, демонстрировали поддержку, некоторые — наоборот возмущались:

— Назарбаев где?

— В Казахстане.

— А мы-то здесь причем?

— Сегодня они, а завтра мы. Режимы Путина и Назарбаева действуют заодно, действуют против народа. Наше дело, дело рабочих России и Казахстана едино.

Нужна ли нам аполитичность?

В целом, митинг, конечно, был слит. И многие уходили со словами, что больше не придут. Но почему это произошло?

Разбирая вопрос серьезно и, по возможности, непредвзято, получается неприятная картина: часть из организаторов, несмотря на собственные крики об аполитичности и задавливание политических трений среди рядовых участников (уничтожение диалогов и баны в группе, пресекание попыток продвинуть пункты в резолюцию, вынести социальные требования), оказалась вполне-таки политизированной, с явным уклоном вправо. Об этом говорит и участие в оргкомитете Антонова, организовывавшего шествие, и скандирование «русские вперед» Бубновым, и симпатии модераторов к фашистам, националистам и гомофобам, которые не отправлялись в бан, и чьи сообщения, если и удалялись, то вкупе с общей дискуссией о правах ЛГБТ или назревших политических изменениях. Были в оргкомитете и левые (большинство которых после митинга из него вышло) и те, кто не причисляет себя к каким-либо течениям. Однако, действия у оргкомитета общие, и основные причины провала лежат именно в вынужденной аполитичности.

Таким образом, народные протесты, разбиваются об идеологическую пустоту, словно волна о мол. В этих условиях жизненно необходимо как можно скорее и как можно продуктивнее завершить период аполитичности. Для этого необходимо вести активную агитацию среди участников, выходить со своими лозунгами, раздавать листовки, вносить конструктивную критику.

Мы призываем:

— Выходить на акции протеста, выносить свои требования и лозунги

— Вести активное участие в протестах, вносить конструктивную критику, оказывать влияние на ход протестов, вести диалог с другими участниками

— Организовываться на рабочих местах, обеспечивать связь между низовыми организациями.

— Проводить массовые забастовки, акции гражданского неповиновения. Вовлекать в движение рабочих на заводах, работников транспортного сектора и других, строить партию рабочего класса,

— К полной смене властных структур, контролю рабочих и близких слоев над новыми органами. За рабочее правительство на основе социалистической программы!

— Национализировать промышленность, банковскую систему, природные ресурсы, транспорт и связь под контролем рабочих организаций

Автор выражает благодарность Владу В. за помощь в написании статьи.