Британия: забастовка 30 июня — что дальше?

«Они полагали, что мы не сделаем этого, считали, что мы тихо ляжем и позволим им пройтись по нам. Они ошибались». Это — слова Мэри Бустед, генерального секретаря одного из «средних» по размеру профсоюзов — профсоюза учителей и лекторов (ATL), — принявших участие в забастовке 30 июня. Эти слова вызвали большие аплодисменты и явились выражением общего настроения бастующих на огромной демонстрации в Лондоне.

Те, кто принял участие в забастовке, смотрят теперь в будущее с большей уверенностью, которая пришла к ним от участия во всеобщем эффективном коллективном действии. Если огромная демонстрации Коалиции Профсоюзов (TUC), прошедшая 26 марта, была демонстрацией силы профсоюзного движения, то забастовка 30 июня стала первой битвой с правительством.

Это был самый большой по масштабам забастовочный день со времен 80-х. Забастовки были невероятно едины по духу, и это стало решительным ответом на государственную пропаганду о том, что в профсоюзах, которые бастовали, большинство не поддерживало забастовку. Более 200 000 членов Профсоюза Государственных и Коммерческих Служб (PCS) — 84% от общего числа членов — приняли участие в забастовке, что значительно больше 70 000 членов профсоюза, голосовавших за забастовку. Как сказал генеральный секретарь PCS Марк Сервотка: «Важно не голосовать за забастовку, а голосовать ногами».

В забастовке приняли участие даже члены профсоюза на Даунинг Стрит (улица, на которой находится офис премьер-министра — прим. перев.), равно как и 90% всех гражданских работников служб поддержки полиции, которые тоже входят в PCS. Впервые за 5 лет члены PCS, которые работают в здании секретариата кабинета министров, организовали и провели пикет около главного входа здания. Забастовка учителей была настолько же единой: на один день около 11 000 школ были закрыты. И прошедшая забастовка определенно не была «забастовкой лентяев». Более трети членов Национального Профсоюза Учителей (NUT) приняло участие в демонстрации. То же можно сказать обо всех маршах и демонстрациях, которые прошли в практически каждом городе Британии.

И хотя все капиталистические партии в парламенте осудили забастовки (за исключением лишь немногих депутатов парламента с «позолоченными» пенсиями, которые отказались проходить через линию пикета, выставленную членами PCS), отношение к забастовкам у населения другое. В обществе имеется понимание того, что забастовки были направлены на защиту социального бюджета от атаки коалиционного правительства, равно как и на защиту права на достойную пенсию. Пикеты и демонстрации глохли от постоянных гудков водителей, которые таким образом выражали солидарность с забастовкой.

Поддержка

Последние опросы показывают отсутствие поддержки у коалиционного правительства среди населения по вопросу пенсий: большинство против предложенных правительством реформ. У капиталистической прессы были попытки развязать антизабастовочную истерию. Например, Daily Mail попыталась обвинить бастующих в смерти школьника, которого убило упавшей веткой.

Опросы, однако, показывают, что мнение общества касательно забастовок разделено поровну. Последний опрос Guardian/ICM показывает, что 41% опрошенных поддерживает забастовку, а 42% — нет; другой опрос YouGov показал похожие результаты. Но всё же среди женщин, молодежи, а также жителей северной и центральной Британии большинство высказалось в поддержку забастовки.

Правительство выглядит (и является) очень слабым и потому изворачивается всеми способами в попытке найти оправдание своей масштабной атаке на пенсии. Давление на правительство растет, а коалиция либерал-демократов и консерваторов начинает трещать по швам в целом ряде вопросов.

Расколы, которые могут обнаружиться в будущем, могут повлечь за собой неожиданные повороты событий. Внутри Консервативной партии обнаружились разногласия между различными группами по поводу последствий их атаки на социальный бюджет. Так, например, на свет всплыло письмо Дэвиду Кэмерону от личного секретаря Эрика Пиклса, министра по делам местного самоуправления. В письме отмечалось очевидное: более 40 000 семей потеряют свои дома в результате урезания государственной помощи в жилищных вопросах.

Ясно, что Эрик Пиклс боится последствий для своей партии от выбрасывания на улицу 40 000 семей, равно как и того, что расходы на содержание этих семей в общежитиях превысят выгоду от нового закона о жилищном социальном бюджете. Правительство очень слабо и его порочная пропаганда урезаний бюджета с легкостью может быть сломлена.

В то время как рабочие в результате забастовки 30 июня обрели уверенность, государство испугалось, почувствовав, как земля трясется под его ногами. Однако однодневной забастовки не хватит для того, чтобы правительство прекратило атаку на пенсии бюджетников, нападки — атаку, которая вызвана, в основном, стремлением «подготовить» госсектор к будущей приватизации.

Многие из бастовавших, особенно учителя, участвовали в подобном мероприятии впервые. Это неизбежно вызвало у части участвующих надежду на то, что однодневная забастовка сможет заставить правительство «слушать». Другие, однако, понимали, что государство «слушает»: коалиционное правительство знает о той боли, которую оно причиняет, но это не отменяет его решимости в уничтожении пенсий бюджетников в пользу интересов крупного бизнеса. И в целом среди бастующих присутствовала решительность: если правительство не отступит, необходимы новые забастовки.

Следующий шаг

Призыв Социалистической Партии к однодневной забастовке госсектора, звучавший ранее на митингах, нашел ошеломляющую поддержку. На лондонском марше Марк Сервотка призвал к четырехмиллионной забастовке в октябре, «включая профсоюзы Unison, Unite и GMB», и этот призыв был встречен бурными овациями.

Теперь необходимо заняться построением огромной организационной кампании среди всех тех профсоюзов, которые еще не голосовали за забастовку. Лидеров этих профсоюзов необходимо как можно скорее подтолкнуть к организации голосования по участию в забастовке в октябре, чтобы дать возможность этим профсоюзам присоединиться к действию. Правительство не должно иметь возможности разделять работников госсектора.

Национальная Сеть Профсоюзных Организаторов (National Shop Stewards Network, NSSN) планируют митинг и марш 11 сентября, в день конференции Коалиции Профсоюзов, чтобы оказать давление на профсоюзное руководство по вопросу координации осенней забастовки всего госсектора.

Программа Социалистической Партии нашла поддержку не только в вопросах промышленной стратегии. Мэри Бустед из ATL снова сумела выразить гнев рабочих, когда сказала: «Я рада, что ATL не связан ни с какой политической партией. Эд Милибэнд — это позор». Она продолжила вопросом: «Что он и его теневой кабинет, который в шутку называется оппозицией, сумели сделать? Братья и сестры, мы делаем это сами и для себя».

Наличие потенциала у профсоюзников к созданию новой партии, которая будет служить интересам рабочего класса, было очень ясно видно на прошедшей неделе. Даже если бы избираемые кандидаты от профсоюзов в этой партии стояли бы на ограниченном наборе требований — сопротивление всем сокращениям в рабочих местах, пенсиях, социальном бюджете в целом, а также отмена всех антипрофсоюзных законов — это уже бы явилось значительным шагом вперед. Однако борьба, которую ведут сегодня работники госсектора, идет дальше, чем эти сиюминутные проблемы. Пенсионная реформа — только один из аспектов государственной атаки на условия жизни рабочих.

Сегодняшняя пенсионная реформа, как было оценено, должна позволить «сохранить» около 2,8 млрд. фунтов. В прошлом консервативное правительство было вынуждено уйти в отставку в результате массового движения против подушного налога. Цена вопроса составляла тогда около 7 млрд. фунтов в сегодняшних ценах, так что, столкнувшись с массовым движением, правительство также может отступить и в пенсионном вопросе.

Тем не менее, пенсии являют собой только часть 81-миллиардного правительственного плана по сокращению социального бюджета — самого масштабного сокращения за 80 лет. Лейбористская партия поддерживает сокращение бюджета — хотя и на немного меньшую, но всё равно гигантскую цифру. И, хотя мы можем заставить правительство отступить в различных аспектах урезания бюджета, борьба против урезания как такового сегодня является борьбой против проявлений капиталистической системы и, следовательно, поднимает вопрос о социалистической альтернативе.

«Бюджетников снова хотят заставить выплатить 850 миллиардов фунтов, потраченные на спасение банков», — Мэри Бустед, сказавшая эти слова, была права, но на деле капиталисты заставляют платить за кризис не только работников госсектора, но и всех рабочих вообще.

Как сказал Мервин Кинг, глава Банка Англии, рабочих ожидает длиннейший с 1920ых годов период сдерживания роста зарплаты. Тем временем волки капитализма — финансисты и спекулянты — процветают, как будто во времена экономического бума. В прошлом году состояние богатейшей тысячи британцев увеличилось на 18%.

Капиталистический кризис

Кризис капиталистической системы намного глубже, чем спасение банков. Кризис финансовой системы стал лишь тем местом, где все противоречия капиталистической системы предстали на всеобщее обозрение. Капитализм всегда был слепой системой, направленной на получение прибыли посредством эксплуатации большинства — рабочего класса — с получением прибыли немногими людьми на вершине.

В истории был краткий период — с 1950 по 1973 год — когда капитализм развивался бурными темпами. И тогда (во всяком случае, в наиболее экономически развитых странах) рабочий класс смог добиться несколько крох со стола капиталистов. Программы Национальной Системы Здравоохранения и массового общественного жилищного строительства в Британии позволили значительно улучшить уровень жизни рабочего класса.

Однако с окончанием послевоенного периода капиталисты задумались о восстановлении своих прибылей посредством уменьшения уровня благосостояния, который сумел выбить себе рабочий класс. Промышленность была перебазирована за рубеж в страны, где прав у рабочих значительно меньше и труд их стоит дешевле, сократились зарплаты по всему миру, а траты на социальный бюджет уменьшились. Разумеется, эти процессы имели место даже во время последнего экономического бума.

На прошлой неделе Financial Times написала, что обещанная задержка в росте зарплат не нова: «Ожидалось, что водители автопогрузчиков в Британии смогут заработать 19 068 фунтов за 2010 год, что, с учетом инфляции, на 5% меньше, чем в 1978 году. Средний реальный доход в обычной японской семье после учета налогов остался на уровне середины 2000-х годов, а аналогичный доход в Германии на протяжении последнего десятилетия уменьшался».

Во время последнего экономического бума прибыли достигли исторического рекорда. У боссов, однако, обнаружились трудности с нахождением прибыльных областей для инвестиций. Инвестиции в науку, технологии и производство оставались на историческом минимуме. В чем причина? Дело не в том, что они не нужны, а в том, что у рабочего класса нет возможности купить то, что потенциально может быть произведено за счет таких инвестиций.

Такова ужасная правда о капитализме. Не важно то, что 2 миллиарда людей не имеют необходимых для жизни вещей — они не являются «рынком», потому что у них нет денег для того, чтобы купить то, что производится. Улучшение образования или здравоохранения совпадает с интересами капитала только тогда, когда из этого можно извлечь прибыль. Вместо того, чтобы инвестировать в промышленность, капиталисты во время последнего экономического бума сделали прибыль за счет игры на финансовых рынках и спекулятивной лихорадки. Финансовый кризис стал неизбежным результатом.

Социалисты, как и растущее число людей, говорят о том, что именно богатые должны заплатить за кризис за счет значительного увеличения налогов со сверхбогатых и с крупных корпораций.

На протяжении большей части 1970-х ставка налога на сверхприбыль составляла 83%. В те времена большие корпорации платили налоги в сумме 52% от прибыли, но этот процент с того времени постепенно уменьшался шаг за шагом. Сейчас он составляет всего 28%, с уменьшением в последующие годы согласно планам коалиционного правительства. Профсоюз PCS указывает на то, что даже с существующими низкими уровнями налогообложения для богатых около 120 млрд. фунтов налогов не собирается по причине уклонения от их уплаты.

Но мы, поддерживая идею налогообложения богатых, также осознаем то, что «рынки», являющие собой либо крупные корпорации, либо продавцов долговых обязательств — которые могут заставить целые страны, такие, как Греция, следовать их воле — никогда не смирятся с возрастанием их регулирования и налогообложения.

Какова же альтернатива всему этому рыночному безумию? Начальной точкой является сопротивление всякой форме урезания социального бюджета. Столкнувшись с решительной и организованной силой рабочего класса, крупному бизнесу придется отступить. Однако в своей неустанной погоне за прибылью капитализм затем вернется с другими приемами, которыми попытается заставить рабочий класс платить за кризис — например, с помощью инфляции. Вот почему нам нужно социалистическое решение проблемы.

Для начала мы призываем к национализации крупных банков и финансовых компаний с компенсацией лишь в случае доказанной необходимости. Но ни одна копейка не должна уйти спекулянтам, которые хотят заставить рабочих платить за кризис, за который они — спекулянты — несут ответственность.

Следующим шагом должно явиться установление государственной монополии на внешнюю торговлю — таким образом, чтобы не рынок, а демократически избранные органы власти контролировали бы импорт и экспорт, в том числе импорт и экспорт капитала.

Национализация

Социалистический обобществленный банковский сектор должен управляться представителями от банковских служащих и профсоюзов, представителей других групп рабочего класса, а также представителями органов власти. Принимаемые решения были бы направлены на удовлетворение нужд большинства, например, предложение дешевых кредитов и ипотеки и планируемое развитие промышленности и служб, а также прекращение возможности отбирания домов у людей.

Это, однако, стало бы только началом. Капитализм привел к огромному разрушению экономики. В Британии в результате рецессии было потеряно около 10% материальных ценностей из-за закрытия заводов и сокращения рабочих мест. В результате появилось 2,5 миллиона официально зарегистрированных безработных, и эта цифра растет. Никакой перспективы возврата к здоровому росту при этом нет. Лучшее, на что можно надеяться при капитализме, это продолжительный период экономического застоя.

Вот почему решающим шагом в разрешении экономического кризиса явилось бы демократическое обобществление крупных корпораций, которые доминируют в британской экономике. Это бы затем позволило планировать производство согласно нуждам потребителей, а не ради прибыли. Это позволило бы невероятно улучшить образовательную систему и здравоохранение. С другой стороны, строители получили бы заказ на строительство (и обновление) высококачественного, экологичного и доступного жилья, в котором нуждаются 5 миллионов человек.

Огромные ресурсы можно было бы направить на разработку экологически чистых технологий. Пенсионный возраст можно было бы сразу снизить до 60 лет или еще ниже, чтобы все те, кто хотел, мог отправиться на пенсию. Рабочую неделю можно было бы сократить без уменьшения зарплаты. Эти меры, вместе с развитием социальной сферы, быстро позволили бы разделаться с безработицей.

Всё это и еще многое стало бы возможным на основе демократического социалистического планирования производства.

Конечно, капитализм является всемирной системой, и никакая альтернатива не может ограничиться пределами Британии. Тем не менее, если демократически избранное социалистическое правительство в любой стране попытается воплотить в жизнь вышеописанную программу, это будет невероятно воодушевляющий акт для рабочих всего мира, которые сражаются с капитализмом за свой уровень жизни. Тогда идеи подлинного демократического социализма стали бы распространяться, как пожар, даже быстрее, чем революции в Северной Африке и на Ближнем Востоке.